В этой рутине ты варишься сам,
Все разбежались по личным делам.
Подруга уехала что-то родить,
Мой друг отказался по-старому жить.
У брата семья и вечно работа.
Сестра каждый вечер идёт на охоту.
И все остальные запропастились,
Наверно по светлым углам затаились,
Надежду лелея и самообман,
Уставившись взглядом в любимый экран.
Маркетинг, реклама, все ради наживы —
От вас не отстанут, пока что вы живы!
Поток бесконечной проверенной фальши.
А нас уверяют, что так было раньше.
И вдруг, понимаешь, что сам погибаешь
В моментах которых, экран отключаешь...
Подруга родит и, конечно, вернётся,
На той же дороге мой друг остаётся.
От брата с сестрой никуда нам не деться.
С заежженым треком счастливого детства...
Лишь свежего ветра голодный глоток
Погонит по мышцам твой жизненный ток.
От чувства что жив, начинаешь дрожать.
И хочется дальше бежать и бежать,
Оковы срывая и чисто поржать.
И в пахнущем поле средь трав развалиться,
И близкому рядом отдаться и взять
С неистовой силой опять и опять...
Вокруг наблюдая счастливые лица...
Рутина сварилась, экран потускнел,
Я в темном углу улыбаюсь во сне...
Доказывает, что поэзия может быть инструментом диагностики состояния. Стихотворение фиксирует момент, когда все разбежались, а ты остался наедине с экраном и чувством пустоты. Но в этом фиксации — уже начало выхода: осознание проблемы.
